Мальчик-который-в-деле (джен)

Ни одно доброе дело не остается безнаказанным, это Гарри теперь точно знал. Хотели помочь депрессивному эльфу — а в результате моют котлы, пока Бобик на свободе с чистой совестью дает концерты. Лучше бы их к Филчу отправили, от Снейпа откупиться кошачьим кормом не получится. И почему он такой принципиальный? Потому, что бывший Пожиратель или от природы вредным уродился?

А Гермиона вообще пострадала больше всех. Ее Снейп загрузил по полной программе, поставил к котлу варить зелье от простуды. Гарри пытался отмазать подругу от этой повинности и вызвался вместо нее, но нарвался на лекцию о никчемности своих зельеварских навыков. Вы, Поттер, даже макароны сварить не сможете!

Сам Снейп, пока они трое в поте лица пахали, сидел и спокойно проверял домашние работы, иногда зачитывая им вслух особо выдающиеся пассажи (отгадайте, чьего авторства) и тыкая их носом в пагубность заблуждений. Гарри и Рон зельевара привычно не слушали, а вот Гермиона прониклась.

Гермиона Грейнджер испытала страшное потрясение. После взрыва в туалете у нее лопнул шаблон.

Сначала она корила себя за то, что напортачила с зельем, потом обижалась на Снейпа (профессора!), который в выражениях не стеснялся. Потом она решила, что надо просто собрать информацию, свериться со справочниками по зельеварению и доказать всё-таки преподавателю, что... что профессор Локхарт все правильно написал. Он же не мог ошибиться, верно? Он же такой, ну, герой и вообще. И красивый, но при чем тут это? Он же учитель! И по его книгам они изучают... изучают...

И вообще, это вполне могла быть случайная ошибка! Опечатка. Не мог же профессор Локхарт не знать, что растопырник вступает в реакцию с иглами дикобраза? Даже она знает, убедилась вот. Может, это получилось, когда книгу печатали? Надо же сказать профессору, пусть он напишет опровержение! А вдруг есть и другие опечатки? И все об этом узнают? Какой ужас, надо все перечитать и проверить со справочниками в руках!

Через неделю жизнь Гильдероя Локхарта превратилась в ад. Он проклинал тот день и час, когда поддался на уговоры Дамблдора и согласился преподавать в Хогвартсе ЗОТИ, зарплата была небольшой, обязанностей была прорва, дети были невоспитанным стадом мартышек, и хуже всех была эта заноза мисс Грейнджер! Мало было того, что на каждом уроке она тянула руку и задавала глупые вопросы в стиле: "Профессор Локхарт, вы пишете, что поймали вампира с помощью чайного ситечка, вы не могли бы уточнить объем, необходимый для размещения летучей мыши?", так еще взяла моду подкарауливать его на выходе из Большого зала и радостно сообщать, что нашла в его книгах еще одну неточность, я вам сейчас покажу, профессор, куда же вы! Девчонка совершенно не понимала концепцию художественного текста! Как бы он продавал книги, если бы не полет фантазии?

Он пытался найти на нее управу, но Грейнджер была закалена дружбой с Поттером и учебой у Снейпа, потому намеки на нее не действовали, а снимать баллы Локхарт опасался. Он искал понимание у Минервы МакГонагалл, должна же она повлиять на свою ученицу, но декан Гриффиндора только сухо сообщила ему, что мисс Грейнджер неутомима в своем стремлении к знаниям.

Северус Снейп, глядя на эту комедию, веселился от души. Впрочем, по его лицу это было незаметно.

На самом деле, Локхарт и не подозревал, что бесячая Грейнджер была самой мелкой из его неприятностей. Впереди ожидала проблема намного серьезней.

Девятнадцать проблем.

Общеизвестно, что сердце юной девы создано для любви, как птица для помета полета и гриффиндорец для подвигов.

В Хогвартсе с объектами для любовных переживаний было совсем кисло. Если ученицы пятого и шестого курсов могли увлечься семикурсниками, то что делать выпускницам? Как можно пылать страстью к однокласснику, когда ты помнишь, что на втором курсе он сел в кучу драконьего навоза? А среди учителей в кого прикажете здесь влюбляться? В Снейпа, что ли? Вы его рожу видели?

Нет, с фигурой все нормально, и длину ног, и ширину плеч вся школа оценила во время единственного занятия в Дуэльном клубе, а уж стремительность движений и так доставляла ученикам массу неприятностей. И даже на лицо девушки могли бы закрыть глаза и посчитать Снейпа.... ээээ... интересным. Если смотреть издалека. И в тумане. И со спины.

Если бы он молчал.

Но молчать профессор зельеварения и декан Слизерина был не в состоянии по причине характера, словарного запаса и профессиональных обязанностей. Стоило ему открыть рот и сообщить расцветающей красавице, что мозгов у нее как у гриндиллоу шерсти, руки оттуда, откуда у приличных магов ноги, а коэффициент интеллектуального развития недостаточен даже по меркам школы для умственно отсталых, как все нежные и трепетные чувства вяли на корню.

По авторитетному мнению выпускниц Хогвартса за последние десять лет, такой дуры, которая смогла бы влюбиться в Снейпа, не существует в природе.

И тут подарком небес к девятнадцати семикурсницам спустился с вершины писательского Олимпа знаменитый Гильдерой Локхарт! Красавец, герой и просто лапочка-душка.

Добавьте к этому кучу прочитанных магловских любовных романов о кипении запретной страсти, скуку надоевшего за семь лет Хогвартса и мечты семнадцатилетних девиц о любви — и вы все поймете.

Гильдерой Локхарт просто не учел некоторых нюансов. Поэтому общался с ученицами именно так, как привык. Поклонницы его обожали, толпы ведьм были готовы драться за его автограф, а его улыбка была национальным достоянием. Но все же ему удавалось держать фанаток на расстоянии, что в условиях Хогвартса было технически невозможно.

Девятнадцать юных ведьм следили за каждым шагом красавца-профессора, что привычно очаровывал всех и каждого. Они считали, кому он улыбнулся и сколько раз, кому кивнул, проходя мимо, кого вызвал на уроке, чье эссе благосклонно отметил и в чью сторону смотрел за обедом.

Чтобы быть ближе к своему кумиру, девицы шли на крайние меры. Напрашивались на отработки, падали в обмороки на руки Локхарта, трепетали ресницами и заливались румянцем, стоило им коснуться в толпе рукава вышитой голубой мантии. У профессора пропадали носовые платки и перья. Кто-то даже стащил его любимую расческу, это вообще непонятно как получилось!

И каждая считала, что сердце обаятельного золотоволосого красавца принадлежит ей одной. Ведь если бы он не был влюблен в Нее — разве принял бы домашнюю работу, украшенную сердечками? Разве улыбался бы так радостно только ей?

Просто он боится в этом признаться! Они про такое читали. Общество против их любви, но они все преодолеют. И все будет как в книгах, только по-настоящему.

Что? Родители планируют помолвку? Какая пошлость, Мерлин! Все эти браки по расчету — прошлый век! Вы читали, как в "Любовь не знает преград" Марианна сбежала со своей свадьбы вместе с Джексоном, который потом оказался богатым наследником и внебрачным сыном герцога? Конечно, маглам тяжелее, можно было и просто аппарировать. А Молли Прюэтт тоже вышла замуж по любви, мне тетушка рассказывала. Это так романтично!

А потом был день Святого Валентина.

И каждая влюбленная и считавшая себя единственной девица получила ответную валентинку от вежливого профессора ЗОТИ Гильдероя Локхарта, кавалера ордена Мерлина третьей степени, почетного члена Лиги защиты от темных сил и пятикратного победителя конкурса журнала „Магический еженедельник“ на самую обворожительную улыбку.

Он просто не мог обидеть своих поклонниц! Но юные ведьмы, разозленные внезапным наличием соперниц, этого не оценили.

И пошли в атаку.

Следующие несколько дней Гильдерой Локхарт вспоминал с содроганием даже спустя годы. Моргана и Мордред, да что с ними со всеми приключилось? Он вовсе этого не хотел!

Бедный писатель, кавалер и пятикратный победитель с ужасом узнал, что его нежные взгляды не остались без ответа и зажгли любовь в сердце красавицы. И она не может больше таить своих чувств! Ладно одна, две, но все девятнадцать выпускниц!

Они должны немедленно пожениться, настаивала каждая девица, которой удавалось перекинуться с ним парой слов! Родители не будут против, а если и будут, ей наплевать, главное в жизни — любовь! Она бы уже отправила им письмо, если бы не эпидемия в совятне (благослови Мерлин этот карантин!).

Боги милосердные!

Локхарт перестал завтракать, обедать и ужинать в Большом зале и выходил из своих комнат только на уроки, но покоя не было и здесь. Студентки ломились к нему, а если под дверью встречали соперницу, неизменно начиналась магическая дуэль с применением самых пакостных проклятий. Больничное крыло было переполнено жертвами любовной лихорадки имени Локхарта, выглядящими как иллюстрации в справочнике по темным искусствам. Мадам Помфри была вне себя от злости и держала своих пациенток под Силенцио.

Доведенный до отчаяния Локхарт решил искать помощи у директора. Пусть сделает что-нибудь с этими влюбленными дурехами! Он вовсе не был, кхм, поклонником целибата, но жениться прямо сейчас не хотел. И вообще в ближайшие пятьдесят лет не хотел. Тем более, на семнадцатилетней студентке. На девятнадцати студентках! Он вам что, марокканский султан?

Увы, толку от Дамблдора не было никакого. Старый бородатый дурак весь вечер угощал его чаем с лимонными дольками и балаболил о Великой Силе Любви. И в положение преподавателя ЗОТИ входить не собирался.

После этого разговора Локхарт отправился к себе окольными путями. И обнаружил, что защита личных покоев вскрыта и в спальне его дожидается мисс Дилан, отличающаяся наглостью даже среди гриффиндорок.

Ну нет! Так просто его не взять!

Аппарировать на территории Хогвартса нельзя, двери уже закрыты, каминная связь работает только в кабинете директора. Но на что ему тогда богатая фантазия?

Гильдерой Локхарт распахнул окно и смело спустился с третьего этажа по водосточной трубе.

Больше в Хогвартсе его не видели.

А заявление об увольнении он прислал из Австралии.